Интервью Ивана Люленова "Фактам"

Знакомимся с декабрьским интервью с капитаном одного из чемпионов телевизионной "Лиги смеха"-2017.

— Благодаря вам молдавское село Стояновка теперь стало знаменитым.

— Получается, что так. Стояновка — совсем небольшое село, в котором проживает тысяча человек. Оно находится на молдавско-румынской границе. Хотя основная часть наших жителей — болгары. Так что каждый из нас с детства знает три языка: молдавский, болгарский и русский. Правда, теперь я учу и украинский. Во мне смешаны молдавская и болгарская кровь. Некоторые говорят, что я похож на цыгана, но, наверное, только тем, что веду «кочевую жизнь». Но так было, конечно, не всегда.

— Ваши родители имеют отношение к искусству?

— Совершенно никакого, у них простые специальности. Более того, еще лет десять назад жители нашего села, в том числе и мои родители, часто выезжали на заработки. Мама у меня работает продавщицей, а папа — сторож. К тому же у него золотые руки — может смастерить или починить любую вещь. Нас в семье три брата. Я — самый младший. Сколько себя помню, в доме всегда было шумно и весело. Особенно любил пошутить папа.

— Значит, юмор вам передался по наследству?

— Не думаю, что это умение передается таким образом. То, что мы показывали на «Лиге смеха», скорее, большое упорство и трудолюбие. Я не стал бы кричать о большом таланте. С детства был активным ребенком. Если в школе готовился концерт, я в нем обязательно принимал участие. Выходил на сцену, баловался, а всем это очень нравилось. Помню, как в школе у нас был конкурс талантов. Я занял первое место, выйдя на сцену в образе певца Пьера Нарцисса. Пел «Шоколадного зайца». При этом микрофона у нас не было и мне пришлось вместо него сжимать в руке баллончик от дезодоранта. Но, признаюсь, даже тогда я совершенно не мечтал о карьере артиста. Да и вообще не помню, чтобы в школьные годы особо задумывался над тем, кем хочу стать.

— Вам не хотелось уехать из Стояновки?

— Я очень люблю место, в котором вырос, привык к людям, традициям. Помню, был момент, когда я хотел стать военным. Это произошло после просмотра сериала «Кадетство». Но, слава Богу, дальше желания дело не пошло. Абсолютно не мое это призвание. В первый раз в столицу Молдавии Кишинев я попал, когда мне было уже 16 лет. Мы с другом поехали знакомиться с редакторами, отвечавшими за местную лигу КВН. Город нам показался огромным, безразмерным, это было совершенно новое, необычное ощущение.

— Тогда уже была «Сборная Стояновки»?

— Шел 2011 год, и команда еще не имела названия. На самом деле мы появились, когда учились в лицее города Контимир. Я заканчивал там 11-й и 12-й классы. По сути, первый состав команды — это мои одноклассники. «Стояновкой» мы тогда не назывались, а были просто командой 11-го класса. Долго думали над названием. Помню, пришли в класс и школьную доску полностью исписали, подыскивая имя для нашей команды. После нескольких часов мучений и родилась «Сборная Стояновки». Изначально нас было шесть человек, но из того первого состава сейчас в команде остались лишь я да Иван.

Я не сразу был фронтмэном команды. Парень, который выполнял эту роль, сейчас живет в Америке. Он уехал после нашего проигрыша на чемпионате КВН Молдавии, проходившем в Кишиневе в 2012 году. Честно говоря, тогда мы были все очень расстроены, никто не хотел больше играть в КВН. Это был год, когда мы закончили лицей и многие перебирались в Кишинев, поступив в институты.

— Когда в вашем образе появился знаменитый пиджак?

— Это случилось перед поездкой в Курск, где мы должны были выступать на фестивале КВН. Накануне поездки я зашел в Кишиневе в офис к своим друзьям. На улице шел страшный ливень. Я был в одной футболке, и ребята дали мне пиджак директора фирмы, который был довольно крупным мужчиной. Пиджак оказался размера на три больше, но я пошел в нем в общежитие.

Почему-то всех мой вид очень забавлял и заставлял смеяться. В пиджаке я проходил и весь следующий день, а затем отправился на игру в Курск. Помню, когда вышел в том пиджаке на сцену, зрительный зал долго не мог успокоиться. Мы поняли, что это стопроцентное попадание! Тогда мы отлично сыграли, и удача стала нам улыбаться. В общем, пиджак оказался счастливым. Правда, когда вернулся в Кишинев, его пришлось отдать, но у меня в гардеробе появился новый (тоже на три размера больше) и уже желтого цвета. Я его привез из Стояновки.

— Наверное, вы мечтали попасть в высшую лигу КВН?

— Какое-то время действительно это было моей мечтой. Но хотелось не столько выиграть в КВН, сколько стать первой командой из Молдавии, которая туда прорвалась. Долгое время для меня это было очень важно, потому что молдаване ни разу не попадали в высшую лигу. Но теперь понимаю, что это была чепуха. Просто нам всем очень хотелось играть, играть и играть. И так до сих пор.

— А было предчувствие, что сможете победить в третьем сезоне «Лиги смеха»?
— Нет. Даже тогда, когда дошли до финала. Для нас каждая игра сезона была как последняя. Но мы соревновались, скорее, не с другими командами, а сами с собой — своими страхами, надеждами. Знаете, когда я на сцене порвал свой пиджак, это было словно прощание с каким-то этапом жизни нашей команды.

— Это что, был тот самый, единственный, пиджак?

— Ну да. Все происходило на самом деле. Поэтому сейчас нужно придумывать что-то новое. Больше желтого пиджака на голое тело не будет. В жизни приходится всегда с чем-то прощаться.

— Юмор сделал вас обеспеченным человеком?

— Пока нет. Но, думаю, это и не его функция. Сейчас мы просто занимаемся тем, что нам нравится больше всего. Если это приносит еще и заработок — отлично. Но не является для нас самоцелью. Да, я уже не живу в общежитии, но в моей жизни мало что изменилось в бытовом плане. Скорее, благодаря команде изменился я сам. Даже по улице стал ходить по-другому — смотрю вокруг улыбаясь, а не себе под ноги. Наверное, сейчас я живу, просто наслаждаясь каждым мгновением.

Полностью интервью читать ЗДЕСЬ.