Интервью Яна Левинзона газете "Факты и комментарии"

Легендарный КВНщик, одесский джентльмен рассказал о КВНе и юморе в целом.

Ровно 30 лет назад известный телеведущий и актер впервые вышел на сцену в составе команды КВН «Одесские джентльмены»

Три десятилетия назад, выступая в составе кавээновской команды «Одесские джентльмены», молодой Ян Левинзон, картинно глянув в зеркальце, произнес: «Я вот тут думал: „В чем все-таки наша главная сила?..“ А теперь вижу — в красоте!» То был монолог «О красоте», который продолжался одиннадцать с половиной минут, хотя предполагалось его читать максимум три. Это время заполнили овации зрителей, умирающих от смеха, а член жюри чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров несколько раз буквально падал со стула.

— Ян, за что любите КВН?

— За то, что мне вот сейчас задают вопросы, а я повыкаблучиваюсь и что-то отвечу.

— В вашей семье были юмористы?

— Моя мать, как и положено еврейской женщине, была учительницей русского языка и литературы. Отца у меня не было, но зато имелся дед, которого я шибко любил, именно он занимался моим воспитанием. Он был очень религиозным человеком. Вначале я закончил физико-математическую школу, затем — технический вуз. Как положено еврейскому мальчику, поступил на факультет атомной энергетики. После окончания — неплохая карьера: начальник цеха, замдиректора предприятия. Когда наша команда выиграла первенство Союза по КВН, я еще и в Одесском университете умудрился преподавать. Время, когда играл за «Одесских джентльменов», было лучшим в моей жизни. Это воистину была команда равных по духу ребят. Мы бились, дрались за победу.

— Как появился в КВН ваш знаменитый монолог о красоте?

— Его идея родилась за 10 минут. Он стал событием в первую очередь за счет текста, созданного гениальным одесским писателем Гариком Голубенко. Увы, уже покойным. Текст он сочинил буквально за одну ночь. Ход с зеркалом, на мой взгляд, по-режиссерски очень сильный, тоже он придумал. Правда, есть в этом и заслуга моей супруги. На сцене в руках я держал именно ее зеркальце, которое принес из дому. Потом много с ним выступал, а когда уезжал в Израиль, подарил его Гарику.

— Отличается ли КВН времен «Одесских джентльменов» от сегодняшнего?

— Полагаю, сравнения здесь уместны. То, что показывают сегодня, на мой взгляд, смотреть невозможно. Поменялось время. Все намного медленнее и спокойнее. Мне кажется, что КВН — такая игра, которая отвечает духу времени. Нынче она абсолютно соответствует тому, что происходит вокруг. Нам было сложнее, потому что каждый раз играли только две команды — один на один. Сегодня одновременно могут играть пять команд. Им к игре нужно гораздо меньше готовиться. Кроме того, нет импровизационных конкурсов. Собственно, как и с самой Одессой — той, которой она была тогда, нынче уже нет. В лучшую ли сторону изменения — не знаю.

— Тогда был звездный час. Исполнив монолог, вы в одночасье стали известным. Был ли у вас памятный провал?

— Думаю, что все нас ждет впереди.

— Переехав в Израиль, продолжали заниматься творчеством?

— После репатриации я работал на заводе в кибуце — выпускали солнечные бойлеры. Кстати, когда кавэ­эновская сборная Израиля в первый раз встречалась со сборной СНГ в 1992 году, я был простым рабочим, затем дослужился до инженера-технолога.

 

— Однако главным в вашей жизни оставался КВН?

— Да нет, Бог с вами. КВН, по большому счету, для меня закончился до моего отъезда, еще в Одессе.

— Тем не менее вы участвовали в становлении израильского КВН.

— В Одессе была команда, за которую я выступал, а в Израиле — за которую отвечал. Это, выражаясь сугубо по-одесски, две большие разницы. Там я уже не получал того кайфа, что был в «Джентльменах». В Израиле внятно понимал, что нужно совершать и как выступать. И, как мне кажется, удалось составить весьма приличную команду.

— Как бы то ни было, все-таки КВН дал вам все то, о чем мечтали.

— Что вы имеете в виду?

— Популярность, славу, достаток…

— Прежде всего он мне дал знакомство с людьми, с которыми я дружу и общаюсь до сих пор.

Читать полностью